Предыстория кинодекрета президента Бенеша

 

Чехословацкий президент Эдвард Бенеш вошел в историю Европы, прежде всего, благодаря своим декретам, определявшим послевоенное устройство Чехословакии. Самые известные декреты закрепляли изгнание и конфискацию имущества граждан Чехословакии немецкой и венгерской национальностей. Но мы сегодня поговорим о другом, тоже достаточно важном декрете Бенеша, принятом в августе 1945 года. Он сводился к установлению полного государственного контроля над чехословацким кинематографом.

Эдвард Бенеш подписывает декретыЭдвард Бенеш подписывает декреты Декрет N 50 от 11 августа 1945 года носит скромное название «Меры в области кино». Но его последствия для чехословацкого кинематографа были достаточно серьезными: документ закреплял национализацию киностудий и всего их имущества и вводил государственную монополию на ввоз и вывоз кинофильмов из страны. На протяжении последующих четырех десятилетий вопросы производства и продажи кинокартин решало исключительно государство, а сама кинопродукция превратилась в инструмент коммунистической пропаганды. Но вот что интересно: в Чехословакии национализация кино не была следствием прихода к власти компартии, она предшествовала коммунистическому перевороту 1948 года и, по мнению многих чехов, давала киноиндустрии страны шанс на лучшее будущее.

Рассказывает член Совета Госфонда ЧР по поддержке и развитию чешского кинематографа Тереза Цесаны Дворжакова.

«Корни этого решения уходят в первую половину тридцатых годов, когда чешская кинематография переживала бурный и нестабильный период после прихода звука. После появления в кино языковых границ очень быстро выяснилось, что чешское кино недостаточно стабильно, что ему не под силу проникнуть на зарубежные рынки. Если бы оно осталось раздробленным на множество малых субъектов, у него бы не было шансов на продвижение за границу и на развитие своего культурного потенциала».

В тридцатые годы Чехословакия уже пыталась ограничить ввоз в страну импортной кинопродукции, чтобы облегчить ситуацию для отечественных киностудий. В 1932 году была установлена квота, согласно которой, за каждый фильм, снятый в Чехословакии, его производитель мог ввезти в страну семь иностранных картин. В 1934 году ввели регистрационную систему: импортеры платили по 20 тысяч крон за каждый ввозимый фильм.

Но уже в тридцатые годы в чешскую кинематографическую почву попали первые семена национализации.

Тереза Цесаны ДворжаковаТереза Цесаны Дворжакова «О национализации речь еще не шла, но обсуждалась возможность создания большого киноцентра, работу которого бы поддерживало государство. Говорилось о разработке нового закона о кино, которого Чехии очень не хватало в 1920-1930-е годы. Позднее, когда Чехословакия только была оккупирована, о реорганизации кинематографа заговорили более активно. Предполагалось, что при поддержке протекторатного правительства чехословацкая кинематография получит шанс на борьбу за свою культурную автономию, которая была обещана Чехии во времена Протектората. Этим планам не суждено было сбыться».

Но нацистам удалось сделать то, что не удавалось сделать самим чехам. Помимо того, что немцы приступили к «аризации» и германизации чешской кинопромышленности, они создали кинематографическую палату с обязательным членством – она называлась Чешскоморавский киноцентр, и путем расовых чисток и экспроприации имущества киностудий добились того, что из нескольких десятков кинокомпаний уцелело около пяти, то же самое произошло и с дистрибьюторскими фирмами. Из четырех киностудий устояли на ногах две. В распоряжении послевоенных правителей Чехословакии оказались все плоды работы их предшественников, говорит Тереза Цесаны Дворжакова.

Владислав ВанчураВладислав Ванчура «Это упростило ситуацию, когда речь зашла о национализации кинематографа после войны. Кинопроизводство уже было централизовано».

И как же был решен вопрос с национализацией?

«О ней впервые задумались в 1938-1939 гг., но сам термин «национализация» пока не использовался, и не было решено, как этот шаг будет оформлен с точки зрения имущественных прав. О национализации много говорилось в Чехословацком, позднее Чешском кинообществе – объединении интеллектуалов, теоретиков и практиков, связанных с киноиндустрией. Эти люди собирались в клубе «Манес» и их лидером был чешский писатель и режиссер Владислав Ванчура. Говорят, что именно Ванчура первым использовал понятие «национализированный фильм». Это объединение действовало до 1942 года, пока его члены не были подвергнуты арестам, а некоторые, как сам Ванчура, казнены».

Эдвард БенешЭдвард Бенеш Но концепция национализации чешского кино приобретала все более четкие очертания. В группу, которая над ней работала, входили представители различных политических сил, коммунист в ее рядах был всего один. План был согласован с Лондоном и Москвой. Интересно, что свой план национализации подготовил незадолго до окончания войны и самый успешный киномагнат Чехословакии Милош Гавел, что, по мнению Терезы Цесаны Дворжаковой, свидетельствует о том, что эта идея к концу войны витала не только в радикальных, но практически во всех кругах чешского общества.

Строго же говоря, национализация чешского кино произошла еще до издания вышеупомянутого декрета президента Бенеша.

«Декрет президента республики был издан в августе 1945 года, но фактически к национализации кинематографа приступили уже в мае. В руки Революционного комитета работников кино переходило имущество, которое до этого экспроприировали нацисты».

Милош ГавелМилош Гавел — Звезды предвоенного чешского кино — как на них сказались перемены, пришедшие в 1945 году в чешский кинематограф?

«Имели место эксцессы, сведение счетов с коллаборантами из актерских кругов. Давать этому оценки сложно, когда живешь в другое время. Очевидно, что многие чешские кинозвезды сотрудничали с нацистами, и насколько тесным было сотрудничество, после войны никого не интересовало. Например, киномагнат Милош Гавел, о котором я уже упоминала, тоже был обвинен в коллаборации и вынужден был уйти из мира кино. С другой стороны, во время войны он не мог не поддерживать отношений с немцами – иначе бы его бизнес развалился. Никого не интересовало то, что он очень многим людям помог во время войны, спас их от фашистского террора. После войны преобладал черно-белый взгляд на эти вещи».

— Как отразилась национализация чешского кино на содержании картин, снимаемых после войны?

«Немая баррикада»«Немая баррикада» «Период 1945-1948 годов очень интересен с точки зрения выбора тем драматургии. Очевидно, что чешская культура уже была под влиянием компартии, министром культуры был коммунист Вацлав Копецки. Уже тогда множество фильмов создавалось по политическому заказу. Тем не менее, драматургией полнометражных художественных фильмов занимался тогда профессиональный и независимый Художественный совет, который обеспечивал разнообразие снимаемой продукции. Тогда возникли фильмы, которые были интересны с художественной точки зрения, хотя и несли в себе определенный политический заряд – «Сирена», «Немая баррикада» и др. Тем не менее, уже в драматургических планах на 1949 год было заметно изменение тематических циклов – переход от индивидуальности к большим темам. В воспоминаниях режиссера Эльмара Клоса я прочитала, что было тяжело добиться съемок сказки «Горделивая принцесса», потому что принц в ней изображен как положительный герой».

Наша собеседница убеждена, что декрет Бенеша стал результатом закономерного развития чешского кино.

«Я против того, чтобы давать характеристики произошедшему. Декрет, безусловно, принес за собой множество несправедливостей: многие люди и организации лишились своего имущества. С другой стороны, национализация кинематографии способствовала развитию жанров, которые бы в Чехословакии вряд ли появились в другой ситуации: мультипликационных фильмов, фильмов для детей и юношества, которые имели успех в мире и до сих пор хорошо покупаются за границей. Но опять же — переход кинопродукции в руки государства вылился в строгий контроль над кинематографией»,

— заключает киновед Тереза Цесаны Дворжакова.

Рубрика впервые вышла в эфир 24-го июля 2010 г.