Национальная Галерея парализована из-за конфликта в здравоохранении 20-летней давности

 

Если бы в начале девяностых чиновник из министерства здравоохранения, подписавший отказ от сотрудничества с фирмой Diag Human, знал, чем обернется эта история через 20 лет, он бы никогда в это не поверил. В самом деле, тяжело поверить, что из-за нежелания министерства доверить компании переработку плазмы крови, в заложниках оказалась вся Национальная галерея, если не сказать – чешское культурное имущество вообще.

Национальная ГалереяНациональная Галерея Напомню, что Diag Human, по решению ряда судов, имеет право получить свою компенсацию путем продажи чешского имущества, находящегося за рубежом. Так, Чехия уже лишилась нескольких ценных предметов искусства, после чего, естественно, вынуждена была отозвать свои экспонаты из музеев и галерей других стран, чтобы ненароком не лишиться и их. Национальная Галерея вынуждена было преждевременно вернуть предметы искусства, одолженные на выставки в Париже, Дрездене, Падуе, Хьюстоне, Гамбурге, Мадриде, Вероне и Братиславе. Во всех этих случаях Праге пришлось отступить от уже подписанных договоров. Лишь с начала мая текущего года Национальная Галерея отказалась от 17 предложений об аренде картин.

Из-за сложившейся ситуации галерея не только вынуждена платить большие отступные, но и ставить под угрозу состояние некоторых картин. Например, договоренность об аренде картины Эжена Делакруа для выставки в «Прадо» подразумевала значительную помощь при реставрации полотна со стороны испанцев. Большой потерей считается вынужденный отказ от аренды «Женской головы» Пикассо на выставку Picasso Black and White в нью-йоркском музее Гуггенхайма или аренды пяти картин на ретроспективу Габриэла Макса в Сиэтле.

Владимир РёселВладимир Рёсел Таким образом, Национальная Галерея оказалась в международной изоляции. Кураторы, реставраторы и прочие работники Национальной Галереи оказались без работы, частично отнимая ее и у своих заграничных коллег. Чешская и иностранная общественность лишены возможности видеть ряд художественных работ и взаимообогащаться.

Говорит директор Национальной Галереи Владимир Рёсел:

«Самые большие потери – моральные. Это вопрос престижа, презентации, и это в результате оборачивается экономическими потерями, снижением ценности коллекций. Это не наш спор, мы в нем не участники даже, а только заложники».

Ян Калвода (Фото: ЧТ24)Ян Калвода (Фото: ЧТ24) При этом компания в некоторых случаях готова отказаться от посягательств на чешские картины. Так, Diag Human позволила городскому музею Свитав и галерее Polička без риска конфискации выдать в аренду 11 ценных картин к весенней экспозиции в Зальцбурге. Представитель компании Diag Human Ян Калвода заявил, что компания готова тем же способом гарантировать безопасность и другим музеям – по предварительной договоренности. Министерство здравоохранения призывает не верить компании и вестись на обещания, поскольку не совсем понятно, на каком юридическом обосновании компания может поступать именно так.

Против выступает и директор Национальной Галереи:

Картина Эмиля ФиллыКартина Эмиля Филлы «Я думаю, что в настоящее время нельзя обсуждать вопрос, для каких работ можно сделать исключение, а для каких – нет. Или позволить вывозить все, или никакие – исключения не имеют смысла. Это не системное решение, таким образом ситуация только дальше усложняется».

-В каком направлении сейчас в основном работает галерея?

Мы ведем переговоры с нашими заграничными партнерами о том, какие еще существует возможности для сотрудничества при условии, что мы не можем вывозить работы за пределы Чешской республики. Естественно, продолжается обмен научными работами, но для нас важно сейчас возможность вывезти экспозиции, которые подготовят наши кураторы, но экспонаты не будут из коллекции Национальной Галереи, не будут из коллекций государственных учреждений, потому что негосударственное имущество не может быть конфисковано.

— Каковы ваши прогнозы?

-Для нас сейчас главный вопрос заключается в том, когда и на каких условиях венский суд решит отдать нам арестованные картины Эмиля Филлы и Винценса Бенеша и стутуэтка работы Отто Гутфройнда. Как только такое решение будет принято, мы хотя бы поймем, как нам дальше вести политику аренды картин за рубеж.