Мощные причуды императора Карла

 

Сегодня мы вновь отправимся с вами на прогулку по Анежскому монастырю, на этот раз для того, чтобы узнать о полезных причудах императора Карла IV, а также о том, кто еще, в каких техниках и на какие мотивы создавал произведения искусства во времена его правления.

Возможно, в предыдущей нашей передаче кого-то из вас, так же, как меня, заинтересовал тот факт, что в рамы полотен с изображениями святых, созданных Мастером Теодориком и коллегами из его мастерской, вкладывались так называемые «реликвии» или же, выражаясь по-христиански, мощи святых, изображенных на портретах. Как рассказала нам куратор экспозиции Средневекового искусства Национальной галереи, размещенной в Анежском монастыре, Штепанка Хлумска, Карел IV был прославленным коллекционером мощей святых. Свою коллекцию он понимал в духе усиления Небесной охраны для королевства и Империи. Одна из историй, связанных с этим коллекционированием, касается и Анежского монастыря.

«Здесь в монастыре хранились редкие мощи – в специальной емкости находился палец Святого Николая. В соответствии с хрониками того времени, Карл IV обратился в монастырь Святой Анежки с просьбой о приобретении части этой реликвии. Однако мощи стали кровоточить, так что, в соответствии с летописью, он покинул монастырь без них. Тем не менее, ныне ящичек с мощами Святого Николая находится в сокровищнице Собора Святого Вита в Праге».

Итак, в прошлый раз мы рассказывали вам о трудах Мастера Теодорика и его коллег. Можно сказать, что именно благодаря ему и коллегам из его окружения, также участвовавшим в оформлении королевского Града Карлштейна, был создан своеобразный репрезентативный монументальный стиль, который характеризовался определенной цветовой гаммой, монументальностью, определенными канонами пропорций и акцентом на портретную характеристику. Безусловно, со временем правления Карла IV связывается интеллектуальный и культурный расцвет Праги и чешских земель. Частью этого становится и основание многочисленных костелов и монастырей.

«Среди них, например, монастырь На Слованах, прямым посланием которого было распространение Евангелия в славянских областях, в нем жили монахи-бенедиктинцы из Хорватии. Интересен монастырь На Слованах, или же Эмаузский монастырь, и той коллекцией, которая выставлена ныне в Анежском монастыре, потому что, по всей вероятности, украшение монастырского костела можно прямо связывать с монументальным изображением распятия, так называемым, «Эмаузским распятием», — продолжает Штепанка Хлумска.

Итак, из зала, посвященного творчеству Мастера Теодорика, мы переходим в следующий зал, где, как раз, находится «Эмаузское распятие» и еще несколько выдающихся произведений. Полагают, что данное распятие принадлежит кисти одного из сотрудников Мастера Теодорика, изображавшего на Карлштейне некоторых рыцарей и епископов, с которыми данная его работа схожа не только в примечательной технике изображения лиц с длинными бородами, но, прежде всего, в практически аналогичном шаблонном мотиве, повторяющемся на одеяниях одного из карлштейнских епископов и щите ратника на «Эмаузском распятии». Мотивы настолько подобны, что исследователи даже предполагают использование одного шаблона – в данном случае из бумаги, – продолжительность жизни которого в руках художников была значительно короче, нежели шаблонов из металла. К тому же, было бы практически невозможным изготовить из бумаги два одинаковых шаблона.

Однако доминантой данного помещения, по мнению Штепанки Хлумской, является другое изображение. Это так называемое «Посвящение Яна Очка из Влашими», возникшее ориентировочно в 1370-71 годах. Изображение было создано для частной часовни деревенской резиденции архиепископа в Роудници-над-Лабем, и принадлежит кисти автора, художественно родственного Мастеру Теодорику.

«Доминантой данного помещения является изображение, которое очень часто репродуцируется в контексте Карла IV и его эпохи, поскольку здесь император изображен вместе со своим сыном и членом духовного совета, то есть высоким духовным лицом того времени Яном Очком из Влашими, которого мы можем видеть в нижней части картины. Композиционную ось венчает пустое пространство, в котором изображена скорбящая коронованная Дева Мария с младенцем Иисусом на руках и в сопровождении двух херувимов, которые приподнимают завесу позади Богородицы. По правую руку Мадонны стоит коленопреклоненный Карел IV, поддерживаемый бургундским королем Святым Зикмундом, по левую – принц Вацлав, охраняемый своим тезкой, покровителем чешских земель Святым Вацлавом, изображенным с характерными атрибутами».

Молодой королевич Вацлав изображен с чистым светлым лицом и выразительным поясом, что говорит о реалиях того времени – пояс может указывать на его повышение до рыцарского звания, которое он должен был получить в неполных десять лет. В нижней части изображения мы видим коленопреклоненного архиепископа, его лицо испещрено глубокими морщинами – тем самым, художник хотел показать аскетичного и благородного старца.

«В нижней части картины вместе с коленопреклоненным епископом изображен Святой Вит, который опускает левую руку архиепископу на плечо, в то время как в правой – держит пальмовую ветвь – знак мученичества. Его сопровождает еще одна покровительница чешских земель – Святая Людмила. В левой части композиции изображен епископе Святой Войтех из рода Славниковичей, позади него мы можем видеть Святого Прокопа в монашеской рясе. Все это говорит о том, что, с точки зрения иконографии, речь действительно идет об изображении выдающихся покровителей чешских земель в сопровождении исторических персонажей. Все они обладают чрезвычайно выразительными портретными характеристиками. Так что кроме выдающихся художественных качеств, эта работа является значительным памятником культуры, именно благодаря зафиксированным реалиям того времени».

В понимании Карла IV власть императора была святой, то есть, властью, которой Бог без посредника наградил императора. Соответственно, единственным, перед кем нес ответственность император, был Господь. Самой главной обязанностью императора была охрана и возвеличивание мук Христовых на Земле, в переносном смысле – забота о спасении своих подданных. Жизнь императора была столь благородной и настолько превосходила людские силы, что без покровительства святых и особой Божьей милости было просто невозможно существовать. Эта милость снисходила на Карла благодаря его активному участию в основании церковных институций в Чешском королевстве и в Римской Империи. Это также помогало распространению чешского искусства и культуры в Европе. Обширные политические и личные контакты и связи Карла послужили питательной почвой для интенсивного художественного обмена. В последующие годы это сыграло и свою роль в возникновении единого художественного направления – «прекрасного стиля», объединившего на рубеже 14 и 15 веков территорию Римской Империи с другими странами, близкими императору, а затем и с целой Европой.