Румынские монашеские общины

 

Сегодня мы продолжим беседу с сотрудницей Чешского радио Яной Шустовой, посетившей ряд румынских православных церквей и монастырей и поведавшей о них своими фотографиями. Увидеть их можно на выставке в пражском Культурном центре Румынии до 13 марта.

Фото: Яна ШустоваФото: Яна Шустова — Яна, как ты начала распутывать клубок этой темы, отразившейся в выставке «Путешествие в глубину румынских монастырей и костелов», и с чего все это началось?

— Это все началось в 2008 году, когда я впервые путешествовала по Румынии. Там я влюбилась в румынский язык и потом, уже в Праге, нашла Румынский культурный институт, где есть много различных возможностей – там также преподают румынский язык. Я начала ходить на курсы, там очень хороший профессор и там же, на курсах, я подружилась с очень хорошими людьми. Позже Румынский институт – я сказала, что я верующая и меня интересует монастырская жизнь – снабдили меня с подругой, которая также посещала эти курсы, контактами с очень интересным монастырем Говора. Это православный монастырь. Для меня мир православия был совершенно новым, потому что я была знакома только с евангелической христианской верой или католической.

— То есть, посредством Румынского института вам с коллегой потом удалось поехать туда и на более длительное время?

— Сначала туда поехала моя коллега, она православная и много раз была в Румынии, и именно там нашла православную веру. Она поехала первой туда в монастырь.

— Она, как и ты, чешка?

— Да, и когда она вернулась, то рассказывала о том, как там все хорошо. И после возвращения подруги через месяц или два я туда поехала. И мне там очень понравилось. У монахинь там, например, много огородов.

— И, судя по твоим фотографиям, участков вроде приусадебных, где они заботятся о козочках, индюках, курах — то есть, они в этом плане экономически самодостаточны, и также всю зелень выращивают для собственных нужд?

— Да.

— На твоих фотографиях из монастыря Говора также запечатлено то, как монахини, например, варят постный суп или в другом случае, — не знаю, если это из того же монастыря, — готовят выпечку просвир.

— Да, это из того же монастыря, потому что я там была много раз и во время отпуска, каждый год две-три недели, и могла видеть многое: как монахини там живут, что готовят на кухне, где я также в чем-то помогала, как консервируют урожай на зиму.

— А какое у тебя сложилось впечатление о положении румынского монашества сегодня, ты ведь побывала в целом ряде монастырей?

— В Румынии очень много монастырей, может триста, точно не знаю. Они очень большие и живые, туда поступают и молодые люди, достигнувшие 18-летнего возраста. Монахов там много, народ румынский очень верующий, и можно видеть, как люди осеняют себя крестом, когда проходят возле костела.

— Преобладающее большинство румын являются православными?

— Да, православными.

— А ведут ли церковные органы учет численности приверженцев православия?

— Этого я не знаю.

— У тебя, насколько я понимаю, осталось впечатление, которое передано и этими фотографиями, о том, что жизнь в монашеских общинах весьма динамичная?

— Да, там есть и иконописные мастерские, мастерские по обработке дерева, или монахини делают – по-чешски это называется liturgická roucha…

— To есть, сохраняется традиция пошивки священнических и, видимо, монашеских облачений, потому что и раньше при этих общинах монашеских существовали такие мастерские или, например, также печатные мастерские, где издавалась церковная литература. При многих монастырях были и школы. А сейчас там непосредственно при монастырях есть где-нибудь школы?

— Я не знаю, но знаю, что раньше были, потому что многие люди из деревень научились читать и писать в монастырской школе. Теперь для ребят, думаю, существуютуже нормальные школы, но в монастырях есть духовные семинарии.

— На твоей выставке представлена (что, думаю, будет интересно для наших слушателей) – будем называть ее русским уголком – серия фотографий, изображающая русских жителей-липован. Это ведь связано с историей отторжения части представителей Православной церкви?

— Это связано с расколом Русской Православной церкви. Когда Никон совершил реформу Православной церкви, были люди, которые ее не приняли и были преследуемы, и некоторые старообрядцы даже были сожжены. Некоторые из них убегали в Сибирь или за границу и попали даже на территорию сегодняшней Румынии. Большая группа живет также в дельте Дуная. Мне кажется, что там трудные условия, потому что воды много, но они там поселились и живут рыбной ловлей. Потом недалеко от дельты Дуная в Добруче есть монастыри старообрядцев — в целом, в Румынии шесть монастырей старообрядцев.

— На фотографиях видно, что рубашки старообрядцев подпоясаны, кажется, русским образом — они, кажется, называют эту одежду церковной формой и по-прежнему ходят в ней в церковь?

— Они носят пояс – один священник мне сказал, что это по русской традиции, так как мужики носили длинные рубахи, которые надо было подпоясывать при работе. И все липоване носят рубахи поверх брюк, пояс сопровождает их от рождения и всю жизнь.

— А теперь к монастырю Годос-Бодрог — первое упоминание о нем датируется уже началом XII века, и его деятельность, кажется, вообще не прерывалась, так ли это?

— Это я читала в какой-то книге о монастырях – да, возможно, что не прерывалась, так они писали. История этого монастыря длинная, и это первый православный монастырь, который я в Румынии видела.

— Ты продолжишь исследование этой темы, или какие у тебя сейчас планы?

— В прошлом году я получила стипендию Румынского культурного института для журналистов. Я могла поехать в Румынию на месяц, и там не только фотографировать, но и записать много бесед с разными монахами и монахинями и несколько бесед с евреями. Чаще всего я была в православных монастырях и сейчас – коллега, которая хорошо знает румынский, уже перевела эти беседы на чешский язык — я хочу подготовить материал для портала Чешского радио, потому что я работаю в редакции, которая занимается религиозными передачами.