«Москва-Петушки» в роли заступника

 

Веню Ерофеева наверняка порадовало бы, что его детище «Москва-Петушки» взяло на себя роль заступника железнодорожного вокзала в Усти-над-Орлици, которому грозил – будем надеяться, что этот глагол слился с прошлым – снос. Точнее, роль эту поэме в прозе доверили актеры и другие деятели Национального моравско-силезского театра, поддержавшие инициативу архитекторов, специалистов по охране памятников культуры и других неравнодушных к судьбе этого памятника истории, которые сплотились вокруг объединения «Мы вокзал не отдадим» в единую силу.

Железнодорожный вокзал в Усти-над-Орлици – один из старейших в стране, и инициативу поддержало немало известных в Чехии личностей, среди них — режиссер Ольга Соммерова и журналист Яромир Штетина. Актеры Моравско-силезского театра решили сыграть пьесу прямо в зале ресторана на вокзале, дабы подключиться таким образом к протесту против сноса. Инициатива родилась среди них совершенно спонтанно, говорит сценограф постановки «Москва-Петушки» Давид Базика, принявший во всем этом деле самое активное участие. Ему и слово.

— Инициатива исходила от самих актеров, которые были взволнованы этой темой, им никто ничего не приказывал и к ничему не побуждал, они взялись за это добровольно и в свободное от работы время. Поэтому, видимо, и не случайно, во всем этом заключены такая радость и энергия, и этот спектакль стал таким столпом репертуара драматической труппы остравского Национального моравско-силезского театра.

— А вас самого что на это подтолкнуло?

— Причин, думаю, несколько. В течение года мы осуществляем такие относительно большие проекты в двух театрах — Антонина Дворжака и Иржи Мирона, но, думаю, что время от времени, с точки зрения актерской гигиены, полезно совершить некоторые изменения в подаче материала. А потом я еженедельно раза два проезжаю мимо этого вокзала, и мне захотелось поддержать усилия этого общества, направленные на сохранение вокзала, которые могут казаться тщетными, так как акционерное общество «Чешские железные дороги» собиралось снести это редкое здание. Я осознаю, что театр не обладает реальной властью, но мне кажется, что это вполне подходящий метод, чтобы выслать определенный сигнал обществу.

Железнодорожный вокзал в Усти-над-ОрлициЖелезнодорожный вокзал в Усти-над-Орлици — Первому, насколько я знаю, идея поддержки в театральной среде пришла в голову именно вам. Как сценограф, вы присматривались к зданию вокзала, где пьеса «Москва-Петушки» была недавно сыграна, заблаговременно?

— Эта идея пришла мне в голову еще до того, как я побывал на этом вокзале. А когда я туда пришел, я удивился, насколько он соответствует замыслу спектакля.

— Спектакль, наверное, можно вполне считать передвижным?

— Да, и в этом смысле спектакль в Усти-над-Орлици не был ни первым, ни последним, и всякий раз, когда мы привозим его на новое место, мы стараемся понять, что нам может дать это пространство, которое мы, конечно, также тщательно выбираем. Всякий раз мы решаем, как будут выглядеть эти железнодорожные пути. В определенном смысле, это всякий раз премьера и дерньера этого спектакля, так как различные варианты пространства диктуют необходимость иного решения.

— А помните у Ерофеева: «Мне это нравится. Мне нравится, что у народа моей страны глаза такие пустые и выпуклые. Это вселяет в меня чувство законной гордости. Можно себе представить, какие глаза там. Где все продается и все покупается». Как, вы думаете, это «признание» резонирует с внутренним состоянием чешского зрителя, с его личностным восприятием?

— Я думаю, что, несмотря на то, что действие непосредственно связано с Россией, в этой пьесе заключена и тема славянской души. Пьеса доступна чешскому зрителю, хотя в ней есть множество чисто русских реалий. Это история человека посередине огромного многочисленного общества, человека, на первый взгляд производящего впечатление незанимательного пьяницы, однако это не так, у него насыщенная внутренняя жизнь, и он переполнен заботами, тревогой и не высказанными вслух желаниями. Кажется, его ничего не стоит смести со стола, но, тем не менее, он преисполнен человечности.

«Москву – Петушки» уже показывали в театре Чешского Тешина, но не сцене, а в театральном живописном цеху. Спектаклю скоро предстоит путешествие в Градец Кралове и Плзень.

— В Плзени мы будем играть тоже на покинутом вокзале «Плзень-Юг» в рамках осеннего Фестиваля европейских регионов. Мы также собираемся дать этот спектакль в театральном шатре на площади в словацких Кошицах и ведем переговоры в связи с тем, что собираемся выступить в таком особенном пражском месте – ну, хорошо, я приоткрою немного занавес замысла – переговоры проходят с представителями Национального музея, который расположен на пражской Вацлавской площади, ныне там проходит реконструкция музея. Для нас очень притягательно это место – с одной стороны, уникальное пространство, которое изменяется в ходе реконструкции, а с другой стороны, памятник святому Вацлаву, который повернут спиной к Национальному музею. Пока, однако, это планы, и мы не знаем, удастся ли их реализовать.

— Как реагируют зрители на этот спектакль, и сколько вообще их пришло в Усти-над-Орлици?

— Чаще всего мы сталкиваемся с искренней встречной реакцией зрителей, как это, например, произошло в Остравском клубе, что было отмечено и критиками. А что касается зрительской вместимости вокзала в Усти-над-Орлици, она составляет 50-60 мест, но, тем не менее, там спрессовалось, я так думаю, человек девяносто. Люди стояли в нескольких рядах даже в дверях, и реакция зрителей была очень живой, хотя это, прежде всего, было мероприятие в поддержку здания.

— Каких результатов удалось достичь на данный момент в плане этой поддержки?

— Удалось достичь того, что здание вокзала не будет снесено. Это, конечно, хорошее известие, что этот устецкий вокзал провозглашен национальным культурным памятником. Этот вокзал является последним историческим свидетельством определенной эпохи, периода прусско-австрийской войны. Аналогичного вокзала в столь хорошем состоянии на территории Чехии уже нет.

Только вот «Чешские железные дороги» утверждают, что необходимо построить новое здание вокзала, потому как нынешнее не отвечает потребностям пассажиров, так что может случиться, что это старое здание сохранится, но не будет служить своему первоначальному назначению, что, конечно, было бы трагичным поворотом в ее судьбе. В таком случае может случиться, что здание вокзала будет и далее ветшать, и никто не будет о нем заботиться, обеспокоен Давид Базика.