Чешский Пуаро идет по следу пропавших опер

 

В мире музыки, несомненно, существуют свои эркюли пуаро, которые распутывают следы преступлений, совершенных порою даже несколько столетий назад. Выбрасывание оркестровой партитуры, сочиненной, например, священником и композитором Антонио Вивальди, согласитесь, можно расценивать как злодеяние. А партитуры, оказывается, именно таким образом могли кануть в Лету. Сегодня мы познакомим вас с музыкальным детективом Ондржеем Мацеком. Ему удалось разыскать уже несколько считавшихся утерянными партитур этого славного уроженца Венеции и вернуть их к жизни.

Ондржей МацекОндржей Мацек Несколько дней назад я, зайдя на сайт чешского клавикордиста, педагога и художественного руководителя Международного ансамбля барочной музыки Hof-Musici, подумала было, что музыкальному сыщику не поздоровилось — его тело было погружено в воду реки. К счастью, подтвердилось, что маэстро Онджрей Мацек просто восстанавливал силы между репетициями к новому фестивалю «Пражские торжества барокко», в рамках которых в Ледебургском саду ежедневно до 3 октября можно будет услышать произведения эпохи барроко в исполнении Hof-Musici и Ensemble Damian. Исключительным событием фестивальной программы является современная премьера серенаты, краткой оперы Антонио Вивальди, L’Unione della Pace, e di Marte («Единение мира и Марса»), найденной неутомимым Мацеком.

«Ко мне в руки попало либретто, текст оперы, который в XVIII веке предлагался в качестве программки по случаю исполнения оперы, это был полный ее текст. Либретто, попавшее ко мне, содержало и описание того, какие певцы исполняли эту оперу, какому событию она была посвящена, замечания по поводу сценографии. Так что, в целом, о подобии этой оперы можно получить достаточно подробное представление. Во всех литературных источниках о Вивальди говорилось, что музыка оперы L’Unione della Pace, e di Marte («Единение мира и Марса») не сохранилась, что бывало нередко – войны, пожары или просто опера вышла из моды. Ноты попросту выбрасывались. В XVIII веке ноты в Италии не переписывались и утеряно их было немало», — сетует Ондржей Мацек.

Ледебурский садЛедебурский сад В случае оперного наследия Вивальди утеряна почти половина, сохранилось примерно двадцать опер, остальные безвозвратно утеряны либо еще ждут, пока пытливый исследователь мира музыки обнаружит их следы.

«Когда я просматривал либретто, то выяснил, что некоторые тексты мне уже знакомы из других опер Вивальди, музыка которых сохранилась. В работе над этой оперой композитор использовал технику пародии (перепись иного текста на уже существующую музыку), довольно часто встречающуюся в то время и не имеющую ничего общего с пародией, как мы ее знаем сегодня. Текст изменен весьма незначительно, то есть, с одного стиха начинается как L’Unione della Pace, e di Marte «Единение мира…», так и другая опера Вивальди, второй же стих уже иной и отражает ситуацию, по случаю которой он был сложен, а третий стих является парафразой уже существующего стиха, опять же в иной опере. И в целом мы убеждаемся, что Вивальди использовал здесь музыку, которая звучит в иных его операх».

То есть маэстро в данном случае не перетрудился, либо оказался под прессом – чем объясняется такой репринт оперы, премьера которой состоялась в 1727 году?

«Объясняется это и историческими причинами. Опера L’Unione della Pace, e di Marte, как известно, была написана по случаю рождения дочерей-близнецов короля Людовика XV. Это, конечно, было большим событием, которое отмечалось в европейских столицах, так как Франция тогда была доминирующей мировой державой».

Тем не менее, Людовик XV, брак которого с дочерью бывшего короля Польши, Марией Лещинской длился уже два года и он с нетерпением ожидал от него потомка мужского пола, который мог бы стать престолонаследником, был разочарован, что супруга подарила ему девочек: Луизу-Елизавету и Генриетту-Анну. К слову, россиянам малолетний Людовик XV, возможно, хорошо запомнился по памятнику Петру I в Петергофе — первый русский император держит на руках малолетнего французского короля, что действительно имело место в истории, в 1717 году, когда Петр I якобы произнес: «В моих руках — вся Франция». Это было за десять лет до рождения дочерей Людовика XV, который, как мы уже упоминали, был этим раздосадован.

«Конечно, дочери в мире монархии не имели такого значения, как мужской потомок, который родился лишь два года спустя. Французский посол в Венеции, большой почитатель музыки и меценат искусства, заказал по случаю рождения первенцев у Вивальди эту оперу. Так что заказано было либретто восславляющего характера, в котором упоминаются дочери-близнецы и Близнецы как знак Зодиака. В нем, конечно, прямо не выражается сожаление по поводу того, что родились дочери, но как бы вскользь, между строк, проходит, что мальчик был бы более предпочтителен; все идет как бы к оправданию того, что и девочки хороши».

С учетом того, что их брак в будущем мог бы обеспечить державе мир…

«Именно так, ведь тогда велась игра коалиций и держав — Франция пошла против Марии Терезии, потом это соперничество Франции и Англии в колониях, так что в либретто присутствуют и прямые намеки на будущую брачную политику — вот мы и у сути оперы «Единение мира и Марса». Марс — это древнеримский бог войны, который придерживается мнения, что даже единственный наследник трона способен с оружием в руках защитить королевство – это сугубо мужская точка зрения, да? С другой же стороны, мир в состоянии обеспечить именно девушки, выйдя замуж за правильных государей, и сюжет этой оперы вращается вокруг того, как гарантировать этот самый мир».

Ондржей МацекОндржей Мацек Мы несколько увлеклись и отвлеклись от факта, что Антонио Вивальди использовал для восхваляющего опуса, каковым предстает «Единение мира и Марса», ранее написанную им музыку – у него было времени в обрез?

«Да, вся опера возникла по заказу, а времени для этого было довольно мало, посол сообщил Вивальди о дате торжеств – у композитора на сочинение могло быть времени недели две, как максимум, три. Поэтому совершенно естественно, что он использовал музыку, которая, я сказал бы, лежала у него на рабочем столе. Посему мне и удалось идентифицировать арии из тех двух опер, которые как раз в то время, осенью 1727 года, готовились им к премьере в театре Венеции».

Три года назад в Чехии также состоялась современная премьера eще одной потерянной оперы Вивальди Argippo, созданной в 1730 году и найденной вами в Регенсбурге. Именно в этом баварском городе нашла пристанище итальянская труппа, осуществившая постановку Argippo в Праге в 18-м столетии и покинувшая город после того, как пражский театр сгорел. Помог вам опыт восстановления Argippo в работе над «Единением мира …»?

«Да, и принципиальным образом. «Единение мира и Марса», реконструированное нами, в этом смысле является потомком Argippo, в процессе работы над которым я научился искать музыку на определенный текст, и, кроме этого, одна из арий Argippo, история о страсти, любви и обмане, в несколько измененном виде, звучит и в «Единении мира…». Когда я читал либретто «Единения…», то обнаружил, что текст одной из арий мне знаком из Argippo. Argippo помогло мне вообще взяться за реконструкцию этой оперы», — признается Ондржей Мацек.