Бесценный Святойиржский алтарь

 

В предыдущей нашей передаче «Чешское искусство: от камня к монитору» мы слушали рассказ об авторских правах в эпоху Средневековья, а также о том, по какому принципу функционировали средневековые мастерские. Познакомились мы и с тем, как появлялись в этот период алтари. Сегодня мы остановимся у нескольких из них.

Святойиржский алтарьСвятойиржский алтарь Как мы уже имели возможность узнать, с восхождением на чешский трон Владислава из династии Ягеллонцев, для художественной жизни в чешских землях открылись новые благоприятные перспективы. Из архивных источников известно, что первые целенаправленные дотации Владислава Ягеллонского в сферу искусства, были осуществлены вскоре после его прихода на чешский трон. Уже в 1470-х годах он потребовал изыскать финансовые средства на реставрацию Пражского Града, особое внимание было уделено собору Святого Вита, куда после лет пльзеньского «изгнания» вновь вернулась Святовитская капитула. В 1484 году король переселяется в прошедший обширной реконструкцией и достройкой Пражский Град, и с этим же периодом связано постепенное формирование дружины ремесленников, которые работали над заказами, поступавшими от двора. В изобразительном искусстве в этот период происходит заметное изменение формы художественного выражения.

«Ключевым памятником станковой живописи в чешских землях 1470-х годов является Святойиржский алтарь. Свое имя он получил по названию того места, для которого он был заказан – самого старого монастыря бенедектинок в Чехии – монастыря Святого Иржи, или Георгия, находящегося в Пражском Граде. Лишь по счастливому стечению исторических обстоятельств этот запрестольный образ дожил до наших дней практически в целости, поскольку монастырь был упразднен в ходе Йозефинских реформ, и до этого его судьба складывалась весьма непросто. Поэтому нетрудно догадаться, что от его первоначальных интерьеров мало что сохранилось. Сам сюжет повествует зрителю исторические факты – на внешних сторонах створок, которые были видны при закрытии алтаря, изображены меценаты, аббатисы монастыря и неизвестный каноник, который состоял в епархии местного женского конвента», — рассказывает куратор экспозиции Средневекового искусства Национальной галереи, размещенной в Анежском монастыре, Штепанка Хлумска.

Базилика и монастырь святого ЙиржиБазилика и монастырь святого Йиржи Конвент Святого Иржи с момента своего основания занимал особое положение среди пражских женских монастырей. С самого начала он был очень тесно связан с династией Пржемысловичей, а костел Святого Иржи стал местом погребения членов династии. Там же была похоронена и патронесса чешских земель святая Людмила. Местные аббатисы пользовались особой привилегией – принимать участие в короновании чешских королев, полученной ими еще от Карла IV. После Гуситских войн в период правления короля Иржи из Подебрад монастырская жизнь возобновлялась очень неспешно. Заказ Святойиржскго алтаря был поэтому тесно связан как раз с возрождением монастырской общины.

«Центральную часть алтаря украшает великолепная и очень красноречивая сцена смерти Девы Марии особенного иконографического типа, который, безусловно, встречается и в других произведениях центрально-европейского происхождения, а также и на нашей экспозиции, например, в Роудницком триптихе. Центральным мотивом Святойиржского алтаря является коленопреклоненная Дева Мария во время последней молитвы в окружении апостолов, которые ее духовно поддерживают. Мы можем видеть святого Петра, который стоит над Ней с кропильницей и другого апостола, держащего открытую книгу, по которой молится Богородица».

Среди специалистов широко известно, что Мастер Святойиржского алтаря считался признанным мастером миниатюрных деталей. Одним из первых в чешских землях он начал очень подробно уделять внимание окружающей реальности, например, пейзажным планам. На левой створке алтаря мы можем видеть сцену, где Святой Иржи сражается с драконом. В ней на заднем плане великолепно изображен пейзаж с замком. В соответствии с легендой Святой Иржи выехал за стены этого града, чтобы сразиться с драконом, изводившим местное население. Иржи выиграл битву, убил дракона, освободил принцессу, а большая часть населения города, благодаря победителю, обратилась в христианство.

Святойиржский алтарьСвятойиржский алтарь «На оставшихся полях створок нам представлены традиционные сцены Марианской иконографии – Благовещение, Посещение Девы Марии и Поклонение волхвов. Интересно то, что на некоторых частях изображения еще сохранились части украшений, в которые вкладывались пластические элементы – имитации драгоценных камней или полудрагоценные камни. Кроме великолепной детальной проработки лиц, зритель, безусловно, заметит, что особое внимание авторы уделили текстурам. Это являлось характерным как раз для художественного круга, из которого, в стилевом отношении, исходила мастерская Мастера Святойиржского алтаря – круга Нюрнбергского искусства, а также тогдашнего силезского Вроцлава. Очень часто в декоративном искусстве этих кругов использовались техники набивного узора, наложенного на оцинкованную фольгу, или же созданного на меловой основе, как это было сделано в случае Святойиржского алтаря. Именно эти техники помогали возбудить в зрителе ощущение реальности изображения. Это ощущение также дополнялось искусственной тушевкой в плоскости. Именно благодаря всему этому Святойиржский алтарь относится к величайшим памятникам нашей живописи», — подытоживает Штепанка Хлумска.

Неподалеку от Святойржского алтаря на экспозиции средневекового искусства находится так называемый Туновский триптих или же алтарь с Мадонной в окружении святых, также принадлежащий мастерской Мастера Святойиржскго алтаря. Чем он интересен, мы узнаем чуть позже, а сейчас наше внимание, как и любого гостя экспозиции, просто не может не обратиться к двум изображениям загадочной формы, находящихся на стендах слева. Изображения эти треугольной формы и первоначально выполняли функцию двустороннего фронтона створчатого алтаря. Это, так называемые, Каденьские фронтоны – фронтон со святым Вацлавом и ангелом – цикл из четырех изображений с несохранившегося створчатого алтаря из францисканского монастыря в Кадани на севере Чехии. Как мы уже говорили в предыдущей нашей передаче, понятие авторства и индивидуальности художника в Средние века имело иное значение, чем в наши дни.

Святойиржский алтарьСвятойиржский алтарь «Это же касается и Каданьских фронтонов, великолепных произведений, где долю участия главного мастера невозможно недооценить. Однако и в рамках одной иконографии, например, Святого Вацлава, который появляется как на Святойиржском алтаре, так и на Каданьских фронтонах, мы можем проследить, как протекала работа в рамках мастерской и менялись прототипы в изображениях. Там работало одно поколение – то есть в течение 20 и более лет – и одни и те же прототипы постоянно видоизменялись, но, тем не менее, оставались читаемыми, поскольку это было чем-то вроде фирменного знака мастерской».

Мастер Святойиржского алтаря стал одним из первых анонимных мастеров эпохи готики, кисти которого (совместно с коллегами) принадлежало более одного произведения. Последним из выставленных является так называемый Туновский триптих, о котором мы упомянули ранее. В нем точно так же мы можем наблюдать сотрудничество авторов мастерской, о котором мы уже рассказывали – сочетание в одном произведении участия как более так и менее талантливых живописцев. По сравнению с предыдущими упоминавшимися изображениями в Туновском триптихе более заметна доля участия не столь талантливых мастеров. Сюжеты триптиха практически полностью копируют Марианскую тематику Святойиржского алтаря.

«В случае Туновского триптиха мы можем видеть, что типы изображений лиц или в целом подход к композиции повторяют Святойиржский алтарь с учетом прототипов мастерской. Тем не менее, даже обычный зритель способен отметить более грубое художественное исполнение в противовес Святойиржскому алтарю. Между тем, даже на внешних сторонах створок Святойржского алтаря мы можем отметить большую долю участия сотрудников мастерской, нежели на внутреннем центральном изображении Девы Марии во время последней молитвы», — заключает Штепанка Хлумска.