Откуда узнавал правду Протекторат?

 

В сегодняшней нашей передаче «Исторические прогулки» мы завершим цикл рассказов о том, как же установление Протектората Чехия и Моравия в чешских землях повлияло на жизнь обычных граждан. Сегодня речь пойдет о том, откуда чехи узнавали о реальном положении дел в ходе войны.

Гаха с ГитлеромГаха с Гитлером Как мы уже имели возможность убедиться из наших предыдущих передач, посвященных периоду Протектората на территории Чехии, под контроль попали абсолютно все сферы жизнедеятельности населения. Говоря о данном периоде, невозможно не рассказать о чешской прессе, которая стала важнейшим источником информации сразу же после 15 марта 1939 года. Изначально из прагматических соображений планировалось, что работа газет будет прекращена, однако, непредвиденность реакции на данный шаг могла выставить оккупационные силы в невыгодном свете, а, следовательно, означать потенциальную опасность. Таким образом, с 15 по 17 марта 1939 года чешская пресса на этот короткий период практически без исключений оказалась зависима от решений отдельных главных редакторов. Те же могли ссылаться лишь на Центральное управление печати при пресс-отделении председательства министерского совета. Однако, и это учреждение в первые часы оккупации не знало, в каком направлении двигаться, руководствуясь документом, подписанным в Берлине Гахой и Хвалковским, в котором президент и министр иностранных дел обязались, что «в публичных выступлениях, прессе, театре, на радио будет соблюдаться полная сдержанность».

«Официальная чешская пресса подвергалась контролю. Мы располагаем информацией о том, как этот контроль осуществлялся, и как пресса функционировала – сохранились записи с совещаний, которые вели представители имперского Протектората с главными редакторами чешских газет. На них давались четкие инструкции в отношении того, что можно и что нельзя выпускать в свет. Разумеется, граждане не слишком верили официальной прессе и, в конце концов, научились читать между строк. Например, когда немецкая пропаганда писала: мы победили там-то и там-то, люди, напротив, стремились вычитать их неуспехи и так далее», — рассказывает историк Петр Коура с Философского факультета Карлова Университета.

Однако четкие нормы для функционирования прессы были обозначены лишь позднее. В начальной стадии, не существовало четких границ, о чем можно и о чем нельзя говорить. При этом чешская пресса не могла вовсе не реагировать на оккупацию, посему ее непосредственная реакция сохранилась в первых комментариях по этому поводу, и тем самым, является особо ценной. Приоритетную роль играл элемент самоцензуры, мера которой отличалась у каждой редакции. Официальная пропаганда стала обретать почву под ногами лишь на второй день после провозглашения Протектората, когда в Праге по приказу имперского управления печати было открыто временное немецкое отделение по делам печати. Его целью было «упростить прессе Протектората Чехия и Моравия переход к новым условиям».

«Тем не менее, помимо официальной пропаганды существовала контрпропаганда, которая подразделялась на две основные составляющие – с одной стороны – нелегальная пресса, а с другой – зарубежное радиовещание. В нелегальной прессе существовало два главных направления – некоммунистическое и коммунистическое. Самый известный нелегальный некоммунистический журнал назывался «В бой», выпускаться он стал уже весной 1939 года и просуществовал до 1941 года в составе нескольких редакций, которые постепенно были ликвидированы нацистами. В этом журнале, например, публиковались выступления Эдварда Бенеша, западных представителей. Также он высмеивал представителей нацистского правительства, и этот юмор был очень важен, поскольку поддерживал боевую мораль населения. Это было непросто, особенно после поражения Франции. Разумеется, нацисты очень жестоко расправлялись с редакторами таких изданий, и большинство из них было казнено в период войны», — продолжает историк Петр Коура.

Историк Петр КоураИсторик Петр Коура Главным нелегальным изданием коммунистической партии Чехословакии было «Красное право». В нем появлялась информация о Советском Союзе и так называемом «восточном сопротивлении». Однако основным источником правдивой информации было радиовещание – из Москвы и из Лондона.

«Это вещание осуществлялось с помощью чехословацкого правительства в изгнании. Прослушивание заграничного вещания в Протекторате каралось смертью. Было приказано, чтобы чехи на свои радиоприемники повесили табличку: «Предупреждение: прослушивание иностранного радиовещания карается смертью». Кроме того, в обязательном порядке должны были быть демонтированы части приемников, которые делали возможным прием иновещания. Чехи данное приказание исполнили, однако, сделали новые детали, которые в народе назывались «черчиллки» по имени Уинстона Черчилля, потому что с их помощью можно было слушать выступления Черчилля. В любом случае, процент прослушивания заграничного вещания был очень высок. Иногда у одного приемника собиралась группа людей».

Итак, мы поговорили с вами о множестве вещей, но пока еще не затронули тему очень важную – тему движения сопротивления. Несмотря на то, что, казалось бы, чехи «сдались без боя», с первых дней установления Протектората на территории Чехии возникло движение сопротивления, ставшее весьма распространенным и деятельным. Этой теме, которая является чрезвычайно обширной, мы обязательно посвятим наши передачи.